01:03 

Я чёртов графоман - 6

concealed
mitiko. Chasing shadows.
Не уверена, что завтра смогу выложить ещё кусок. Много чего завтра надо. Поэтому выложу уж сегодня, ничего?




Музыкальная ссылка: Amorphis - Tuonela
www.youtube.com/watch?v=PEgYAVIWxb8
Текст и перевод выложу потом. Там совсем другое. Для меня важно именно настроение.


* * *

Позже они сидели у огня, прихлёбывая горячий чай из походных кружек. Костя, хихикая, нашёптывал что-то на ухо сидевшему рядом Игорю – Егор подозревал, что это были анекдоты, слышать которые Сперанской не полагалось. Повеселевший Пайкконен увлечённо разглядывал собранные на мысу образцы чёрной породы. Егор предпочёл бы, правда, чтобы профессор не сокрушался так горько по поводу утери навигатора и невозможности определить точные координаты месторождения. В конце концов, будь навигатор цел, они бы вообще этого месторождения не нашли.
Неожиданный новый звук внезапно нарушил их умиротворённое сытое благодушие, заставив всех разом поднять головы и утихнуть.
Двойной короткий вскрик, завершившийся низким протяжным стоном, в котором звучали боль и безнадёжность, донёсся из-за деревьев. Понять, близко или далеко находится источник звука, было невозможно – словно неведомое, ушедшее под землю существо глухо стонало в смертельной тоске и усталой покорности чему-то неизбежному. В наступившем молчании, нарушаемой лишь негромким плеском речной воды, крик отозвался ещё раз, тише и как будто дальше – было ли это эхо или ответный голос другого такого же существа, Егор не мог бы сказать.
Костя поперхнулся чаем. Игорь застыл, продолжая прислушиваться. Пайкконен же улыбнулся, бросив понимающий хитрый взгляд на Сперанскую.
Сперанская улыбнулась тоже.
- Это гагары, ребята. Где-то неподалёку живёт пара гагар. Красивые птицы, но голос… Тех, кто не знает, всегда в первый раз мурашки пробирают.
- Вот зараза, - выдавил пришедший в себя Костя. – Воет, как удавленник.
Игорь хихикнул.
- Удавленник не воет. Скорее можно представить, что так кричат в последний раз заплутавшие души, попавшись в лапы вышедших на охоту жителей Нижнего Мира.
- Или сами жители Нижнего Мира так перекликаются, - подхватил Егор. – Когда они знают, за кем идут, и требуют: отдайте нам наше!
- Дурацкие у тебя шутки, - поёжился Костя.
- О нет, - Сперанская поднесла кружку ко рту и сделала глоток. – Я расскажу вам, откуда пошли гагары и почему в их голосе такая тоска. Было это много, много лет назад. Была тогда маленькая деревня в лесу. Напали на неё среди ночи соседи, кого из жителей убили, кого в рабство угнали. Лишь одна женщина с маленьким сыном, что на самой окраине жила, смогла убежать. Бежали они в страхе, не разбирая дороги, как опомнились – глухая чаща кругом. Шли-шли, на берег озера вышли, там и остались. А куда ещё идти, вдруг опять врагам попадёшься?
Вырыла женщина землянку, из бревна трухлявого сделала лодку. Двумя палочками огонь раздобыла. Так и стала там жить, и мальчик подрастал, помогать начал. Летом собирали они в лесу ягоды да коренья, рыбу ловили и сушили, так и жили всю зиму.
Сперанская лукаво посмотрела на молодых людей.
- Как они зимой не замёрзли, история умалчивает, конечно. Но идёт год за годом, а они всё так же и живут. Вот пошёл однажды мальчик в лес за ягодами, видит – яма, а в ней змея свернулась. Схватил мальчик палку, хотел её убить, а змея и говорит ему: что я тебе сделала, что ты меня палкой ударить хочешь? Помоги мне лучше отсюда выбраться.
Стыдно стало мальчику, протянул он змее палку, та по палке и выползла. Говорит: спасибо тебе, человек! И за то, что ты меня спас, я желание твоё исполню.
Задумался мальчик. Не помнил он другой жизни, не мог придумать, чего пожелать. Ладно, говорит змея. Думай до завтра, а на рассвете скажешь, чего тебе нужно. И уползла в траву.
Пришёл он, значит, домой, думал весь день, думал пол-ночи, да и уснул. А перед рассветом мать его будит: вставай сынок, лето коротко, пора идти рыбу ловить! А мальчик-то устал, не выспался, вот и крикнул ей с досады: иди-ка ты сама, лови всю жизнь свою рыбу, а я спать буду, хоть всю зиму просплю.
Только сказал – сразу про обещание вспомнил, что змея ему дала. Опомнился, да поздно. Взмахнула мать руками, как крыльями, превратилась в гагару и улетела на озеро. Так и ловит всю жизнь рыбу, так и плачет о своей горькой судьбе.
А мальчик вскочил на ноги, видит – густая шерсть по телу поросла. Хочет слово сказать, да вместо слов рычание выходит. Так и стал он медведем, и в лес ушёл. Зимой спит, а летом всё змею под корягами ищет, чтоб подарок свой назад взяла. Да не найти ему её с тех пор, сколько ни пытается.
Сперанская закончила рассказ и, словно вторя ей, гагара прокричала снова.
- А я, как биолог, кое-что другое вам скажу, - вступил в разговор Пайкконен. – Гагары не любят текучей воды. Права твоя сказка, Наташа – живут они обычно на глубоком озере. Значит, где-то там есть озеро, и эта маленькая речка, может быть, как раз соединяет его с нашей рекой. А на озере могут быть люди. Вот мы и сходим посмотреть, а ребята пока пусть отдохнут, устали ведь дрова таскать.
- Так хоть сейчас пойдём, - Сперанская немедленно поднялась с места. – Ты прав, Матти, вдруг люди рядом?
Егор вздрогнул. Ему пугающе ярко вспомнился сегодняшний разговор с Пайкконеном.
- Наталья Павловна! – торопливо проговорил он. – Пока Вы не ушли, покажите-ка, где воду для чая набирали.
Сперанская посмотрела на него с удивлением.
- Как это где, Егор? Вот тебе река.
- Нет, Наталья Павловна! – Егор вскочил. – Здесь мелко, полный котелок песка будет. А ногами в воду заходить холодно. Вы же где-то набирали, вот и покажите!
Сперанская согласно кивнула ему.
- Ладно, пойдём.
В самом конце каменной россыпи, где широкий плоский валун уходил в чистую воду реки и можно было, опустившись на колени, наполнить котелок, Егор взволнованно шепнул:
- Будьте осторожнее с Матти. Он не в себе. И он против Вас что-то задумал.
- О чём ты? – Сперанская опешила.
- Мы ходили за дровами. И я решил рассказать ему о Косте – ну, что он от всего тут шарахается, и только Вы можете на него повлиять. А Матти понёс какой-то бред. Что Косте откроется путь, а Вас надо… не уничтожить, нет… другое какое-то слово… Потом он пришёл в себя и сказал, что не так меня понял и вообще плохо себя чувствует. Но это было, так что учтите это и остерегайтесь его!
Сперанская в недоумении нахмурилась.
- Ничего не понимаю. Матти всегда так спокоен и разумен… Он никогда никому даже в мыслях не желал зла. Может быть, тебе показалось?
- Наталья Павловна, поверьте! Зачем мне придумывать? Я потому и обратился к нему, что считал его умным и надёжным, я хотел, чтобы он позаботился о Косте… Я и представить себе не мог такой реакции… Может, в этих камнях какое-то излучение, или в воде что-нибудь не то – не знаю! Надо уходить, пока мы все не сошли с ума… и на всякий случай следите за Матти, Наталья Павловна!
Сперанская молча смотрела на воду, поднимавшуюся и опускавшуюся у её ног, и Егор догадывался – она верит и понимает.
Набежавшая маленькая волна с гулким всплеском провалилась в расщелину между чёрных камней.
Поджав губы, Сперанская опустила голову.
- Спасибо, Егор. Буду знать. Всё обойдётся, скоро мы выберемся отсюда. Лично я пока никаких наваждений не чувствую.
Она легко коснулась пальцами его руки – знак доверия и благодарности. Знак сговора, подумал Егор. Разве мог он подумать, отправляясь в поход, что давно знакомые люди, оторванные от мира, будут смотреть друг на друга с тревогой и опаской, не зная, чего ожидать? Она признала себя его союзницей, сейчас. Но не окажутся ли они по разные стороны в следующую минуту?
С задумчивым видом Сперанская побрела по камням в сторону лагеря. Егор остался стоять, глядя ей вслед. Там, в отдалении, она подошла к ожидавшему Пайкконену и оба они, кивнув на прощание сидевшим у костра Игорю и Косте, двинулись вдоль мелкой речушки к неведомому истоку.
Егор тяжело вздохнул. Прежде, чем возвращаться к товарищам, он бросил ещё один взгляд на главную реку. Уходящая вдаль, она терялась в изгибах излучин, и впереди, насколько видел глаз, её русло сковывали чёрные берега.

- Чего ты там застрял? – напустился на Егора Костя. – Мы, пока их нет, ещё одну «Финляндию» хотим открыть.
- А тебе не хватит? – скептически поинтересовался Егор. – И так уже крыша едет.
Костя хихикнул.
- Как раз надо.
Налив немного водки в каждую из подставленных кружек, он завинтил крышку и отставил бутылку в сторону.
- Ну, за что пьём? За новые открытия?
- За то, чтобы назад вернуться, - мрачно произнёс Егор. Костин вид ему совершенно не нравился. – И побыстрее.
- Нет, - неожиданно заявил Игорь, и Костя с Егором уставились на него в удивлении. – Выпьем за то, что каждый из нас вынесет из этого похода. За то, что навсегда останется с нами. За обретение себя.
- В каком смысле? – настороженно поинтересовался Егор.
- Я совсем не уверен, что хочу кое-что обретать, - продолжая нервно посмеиваться, Костя отхлебнул из своей кружки. – Но ещё немного водки, и я, пожалуй, соглашусь. Всё равно мне больше ничего не остаётся.
- Я тут думал кое о чём… - продолжал Игорь, оставляя туманное Костино высказывание без внимания. – Здесь, вдали от цивилизации, предоставленные самим себе, мы имеем возможность прислушаться к тому, что внутри нас. Нет ролей, которые нам нужно играть, нет людей, чьё мнение влияет на нас, так или иначе. Мы можем понять свои истинные желания, свои настоящие убеждения. И по-новому строить жизнь.
Игорь поставил кружку в сухую траву, в его расширенных зрачках скользили отражения язычков пламени.
- Вот я, например… Мне остался год, меня давно ждут на работу в сервис-центре, и оклад дают сразу очень солидный для молодого специалиста. До недавнего времени я был польщён, я хотел этого, а здесь – ничего не произошло, но я вдруг понял, что это не моё. Зачем деньги, если за них я буду ремонтировать то, что создано другими? Или – представим себе мою карьеру через пару лет – продавать то, что создано другими? Я решился. Удастся ли убедить кого-то финансировать мои идеи, не знаю, если нет – в долги влезу, но я организую свою проектную фирму. Пусть это риск, пусть это невероятно сложно и куда менее выгодно, но я буду делать то, к чему тянет меня больше всего.
Его рука потянулась к бутылке «Финляндии».
- И так вышло, что я окончательно понял это именно здесь.
- Послушай, - Костя вдруг прекратил непонятные смешки, его голос стал серьёзным. – Ты ведь всегда работал с техникой, так? Ты даже в автосервисе подрабатывал…
- Да, - улыбнулся Игорь. – Там я и встретился с Матти. Он приехал чинить машину – ерундовая поломка, я сразу сказал ему, он вполне мог доехать до своей Финки и сделать всё по страховке, но почему-то не захотел. Пока я менял ему подшипник, он расспрашивал меня – чем я занимаюсь, что хочу делать дальше – а потом предложил изучать финский…
- Вот как, - медленно проговорил Костя. – А меня он нашёл на концерте. Я давно люблю одну финскую группу, долго ждал, когда они к нам приедут. Играют круто, а тексты у них в основном фолк, древние легенды, шаманские напевы, ну, и Калевала тоже, как же без неё. Матти, как я понял, был одним из устроителей, и после концерта – все расходились уже – подошёл ко мне. Поговорили о финском роке, Калевалу вспомнили… И тогда он сказал, что создаёт Общество, и пригласил меня.
Егор нахмурился. Ему не слишком хотелось рассказывать о своей встрече с Пайкконеном, но выпитая водка уже развязала ему язык.
- У меня с ним вообще странно получилось. Я всегда был один… Друзья не то чтобы не находились – никогда ни с кем не возникало той близости, которая заставляет тянуться к человеку вне зависимости от конкретных интересов. Я знал, что у других такое бывает, но словно невидимый экран заслонял меня от них, я пытался, но не мог почувствовать… что-то подобное…
Он опустил голову, подыскивая нужные слова, в глубине души уверенный, что останется непонятым – как всегда. Ну и пусть, чёрт возьми.
- Я болтался с группой ребят… Ну, знаете, все эти разговоры о смерти, о том, что лишь неизбежность конца даёт путь к познанию жизни, что повседневность будней – шелуха, скрывающая то настоящее, что у каждого абсолютно лично и не может быть разделено ни с кем… Однажды я забрёл на старое кладбище – ушедшие в землю замшелые плиты, полустёртые имена на обломках надгробий, слетающие на них в полной тишине жёлтые листья. Там мне было… хорошо.
Егор протянул руки к огню, чувствуя, что ему становится холодно.
- Он шёл по дорожке, я ещё удивился: кого, кроме меня, могло занести в это заброшенное место? Он подошёл ближе, и я понял, что он финн – может быть, он искал могилу кого-то из предков, я так и не спросил его ни тогда, ни после… Он начал разговор ни о чём, из вежливости я отвечал ему, а потом вдруг увидел в нём какое-то… небезразличие. И согласился прийти в Общество, всё равно других интересов у меня не было.
- Получается, никто из нас не вступил в Общество по объявлению, - Костя задумчиво поворошил палкой начинающий угасать костёр. – Как вступили другие. А теперь Матти притащил нас сюда.
- Может, он мальчиков любит? – внезапное предположение было маловероятным, но другого в голову Егора не приходило.
Игорь засмеялся.
- Павловну он любит! Он же давно к ней подбивается – вот и сейчас в лес увёл, интересно, зачем? Я, конечно, понимаю, возраст и всё такое, но современная медицина им в помощь.
- Нет, - тихо произнёс Костя. – Нет между ними ничего, и никогда не было.
- А тебе откуда знать? – Егор и сам не слишком верил сказанному Игорем, особенно после фразы, брошенной Пайкконеном в лесу, но безапелляционная уверенность Кости вызывала в нём раздражение. – Ах, да, ты ведь у нас в этом знаток.
- Нет, - ещё тише повторил Костя, не реагируя на выпад товарища. – Это другое. Я знаю.
Он решительно поднялся, какие-то мелкие лесные существа, таившиеся в кустах, напуганные этим резким движением, с шорохом бросились прочь.
- Надо идти за ними.
- Костя, постой! – в лице Игоря мелькнуло недоумение, ему явно не хотелось уходить от уютного тепла костра в сырую неизвестность. – Зачем мы им там нужны? Они разведают дорогу и вернутся!
- А вдруг нужны? И нужны именно сейчас?
- Костя, ты пьян! Как хочешь, а я никуда не пойду.
- Подожди меня! – недовольно бросил Егор, проверяя, на месте ли походный нож. Он не испытывал особого беспокойства по поводу ушедших – вряд ли они, оба опытные туристы, могли заблудиться, скорее, им всё-таки удалось что-то найти в истоках речки-притока. Но отпустить Костю, подогретого «Финляндией», туда, где тот останется наедине со своими рвущимися из-под контроля бредовыми идеями, Егор не мог.
Это было нечто новое. Разум настойчиво подсказывал Егору, что Костя, проплутав немного в тёмных кустах, наверняка вернётся к недопитой бутылке и мягкому спальнику, что следовать за ним означает потворствовать его параноидальным страхам. Но здравый голос разума перебивался нервным, встревоженным шепотком только что пробудившейся, но крайне настойчивой части его «я», твердившей ему, что какой бы малой ни казалась возможность опасности, бросать товарища нельзя.
Он не давал такого обещания. Его извлекли из каких-то тайных глубин его подсознания, на миг коснувшись его руки, высохшие пальцы стареющей женщины. Но теперь оно было, и Егор чувствовал, что не имеет права его нарушить.
- Я с тобой! – крикнул он Косте и краем глаза заметил, как нехотя встаёт с сухого бревна недовольный Игорь.



@темы: Калевала, Не все реки

URL
Комментарии
2009-10-21 в 03:31 

Гагары не любят текучей воды.
Живые мертвецы тоже...:-)

Здорово, какие у тебя все же живые характеры получились, читаешь - и оторваться невозможно...А как органично вписываются фольклорные вставки! :hlop::hlop::hlop:

2009-10-21 в 07:09 

Avatel
В мире с собой в гармонии с миром (с)
concealed
:) знаешь, мне почему-то сказки Шахеризады вспомнились... каждый следующий кусочек, заканчивается на еще более интересном месте! )))

2009-10-21 в 10:10 

concealed
mitiko. Chasing shadows.
Mritty , сия фольклорная вставка придумана, с учётом похожих сценариев, конечно, но специально для этой части ).
Avatel , я очень хотела, чтобы реальность переплеталась со сказками и так постепенно до полной неразличимости )).

А ещё я беспокоюсь - удастся ли мне передать одну мысль, одну нехитрую мораль? Потом спрошу, а вы мне честно скажете, ладно?

URL
2009-10-21 в 11:33 

concealed, для тебя она , может, будет нехитрой :-) Но все люди разные, так что готовься к тому, что из твоих произведений будут выносить разные вещи :-)

2009-10-21 в 12:40 

concealed
mitiko. Chasing shadows.
Да я только за. Если каждый видит что-то своё, то это хорошо. Но не хочется, чтобы идея была воспринята как её противоположность. Есть такой риск.

URL
2009-10-21 в 14:47 

concealed, посмотрим :-)

2009-10-24 в 15:59 

Ты будешь свободен - и распят (с)
concealed, неужели уже почти всё? Ну вот.. Всё хорошее всегда так стремительно.. :lip::lip::lip:

     

Случайные записки

главная